Ещё вчера, - как снимок дилетанта, - Осенний день расплывчат был и слеп, А нынче скрупулёзно и детально, Его дорисовал внезапный снег. Ещё вчера проступки цвета сажи И прегрешений серые мазки, Казались органичными в пейзаже, Чумазой и расхристанной Москвы. А нынче смотрим в окна с изумленьем - Весь мир присыпан белым на вершок!... И кажется чернейшим преступленьем, Вчерашний незатейливый грешок. Белым-бело!.. И в этом белом гимне, Приходит к нам болезненно остра, Необходимость тут же стать другими, Уже совсем не теми, что вчера. Как будто Бог, устав от наших каверз, От слёз и драк, от кляуз и нытья, Возвёл отныне снег, крахмал и кафель, В разряд святых условий бытия. И кончились бои, и дрязги стихли, И тишина везде вошла в закон, Как результат большой воскресной стирки, Одежд, религий, судеб и знамён...