Как Архимед кричу от мысли, швыряя "эврику" векам: в осточертелой прозе жизни, спасти способен лишь роман. "Рвите розы, пока не поздно". На латинском эта фраза звучит "Сarpe diem". Дословный перевод - "Лови мгновение". "Одно завораживающее мгновение сведёт на нет пять лет непоколебимой верности". Фрэнсис Фицджеральд. Учеба, знакомство, женитьба, семья, с детишками мужа с работы встречала. И зависть подруг, и друзей похвала, но "тихое счастье" ее разъедало... Годами степенность, семейность, покой, духовность привыкла уныло бродяжить... Понятен был конюх, а слово "ковбой", да даже во сне не могло будоражить... Ей пульс ровно бьющийся тягостен был. Наваренный борщ, пылесоса жужжание... Размеренный быт словно в заводи плыл, из всех передряг - лишь окна дребезжание. Из месяца в месяц, с зари до заката, таращилась в зеркале тусклая тетка... При ярких зубах улыбалась щербато, - так быстро из рыбы предстала селедка... Чтоб быть "всем примером" корпела годами, вдоль бабок подъездных шагало светило... И тут вдруг в душе все сметая - цунами! Для "вдребезги разум" мгновенья хватило. Сломались основы столпов мироздания, повеяло затхлым душком от "этично"... Воскресли мечты, оголились желания, и мысли метались совсем неприлично... Для них одних - невидимо для встречных, сверкали звезды в облаках стремительных. Она всегда была в одеждах безупречных, а без одежды - стала в ослепительных! ...Он был смешной очкарик неуклюжий, в веснушках, рыжий - не киногерой... Но ей тогда мучительно был нужен, какой-то выход... Даже запасной! Порочных мыслей бесовский раскрас ее пугал, но все же он проспорил: двоих людей судьба свела на час, и этот час - иных сто жизней стоил. Дрожит дыхание опешившей ночи... Был очень щедрым зимний урожай... Она шептала прячась в руки: прекрати... И умоляла почти криком: продолжай! Вспотели зеркала смущаясь и радея... На пальцах дорожка краснела зубов... И город качался в окне все быстрее, от сильных, глубоких и жадных толчков. ...Вернулась ОТТУДА с желанием жизни, сменила покрытые пылью расценки... Впитала навечно - и в тело, и в мысли, - и запах его, и слова, и оттенки. "Не любила, но плакала. Нет, не любила, но всё же Лишь тебе указала в тени обожаемый лик. Было все в нашем сне на любовь не похоже: Ни причин, ни улик. Только нам этот образ кивнул из вечернего зала, Только мы - ты и я - принесли ему жалобный стих. Обожания нить нас сильнее связала, Чем влюбленность - других". Марина Цветаева