nesokrat (antialle) wrote,
nesokrat
antialle

Categories:

Философия в будуаре - 2

ксения

Однажды, скучая на далеком солнечном пляже, мы придумали еще один - тысяча первый - способ мучить мужчин. Мы решили брать у них интерью.
В реальности интерью выглядит примерно так: герой садится между нами и на протяжении часа чувствует себя теннисным мячом, по которому остервенело лупят два мастера ракетки. мы любим ролевые игры - перед гостем предстают то злой, то добрый следователь, то госпожа в латексе, а то и скромные библиотекарши, которым так хочется рассказать правду о своей нелегкой жизни. Но как только мужчина расслаблякется - библиотекарша превращается в женщину-вамп и давит лакированной шпилькой на самое больное...

В который раз нам хочется поблагодарить Господа Бога за то, что он наделил человека - и в особенности мужчину - таким качеством. как тщеславие. это позволяет нам - девушкам и журналисткам - делать с мужчинами буквально все!
малахов

Соколова: Андрей, мы пригласили тебя, чтобы обсудить то, что называется «синдромом Деми Мур». Взаимоотношения молодых красивых мужчин и, скажем так, зрелых состоявшихся женщин.

Малахов: Ваше приглашение мне льстит.

Собчак: Ты – самое популярное лицо Первого канала, чья аудитория: женщины «за 30».

Малахов: От 38 и выше, если быть точным.

Собчак: Вот именно! Для этих женщин ты являешься тотемом. Универсальный образ молодого, интеллигентного, симпатичного любовника. Легко ли тебе с этим жить?

Малахов: Первое, что говорят мои зрительницы, увидев меня «вживую», – «какой же вы высокий». В телевизоре я почему-то кажусь им маленьким пупсиком.

Соколова: Конечно, кажешься, по сравнению с мордатыми старушками, которые на трибунах сидят и всякую белиберду выкрикивают.

Малахов: У каждой представительницы моей аудитории есть свое мнение о том, как я должен выглядеть. Одни говорят: «Как хорошо, что вы небритый». Другие: «Когда же вы побреетесь?», «Как вам идут очки!», «Вас очки уродуют!». Угодить сложно, нужно меняться, чтобы поддерживать к себе интерес.

Соколова: Этим ты владеешь в совершенстве. А случалось ли тебе в жизни сталкиваться с атакой представительниц твоей аудитории?

Малахов: Такие отношения у меня были.

Собчак: Так вот, как специальные корреспонденты издания «Вестник геронтологии» мы хотим тебя, Андрей, спросить: чем нам прельщать молодых красавцев?..

Соколова: Статями? Раскованностью в постели? Деньгами? Харизмой, может?

Малахов: Подобные отношения – это сделка. В ее рамках существуют правила игры. Очевидно, что женщине «за 50» от тебя требуется молодое бархатистое тело. И больше ничего. Ну, может, еще известность – в моем случае. В случае с молодыми девушками понимаешь, что нужен еще банковский счет, приличный доход, завод, пароход и еще куча всего.

Собчак: То есть со стареющими женщинами проще? Им хотя бы банковский счет не нужен. Возраст – единственная панацея от женской меркантильности.

Малахов: Дело не в счете. Деньги, конечно, важны. Но главное, на что покупаешься, – то, что интерес испытывают именно к тебе.

Соколова: Да, тщеславен человек. Кстати, к стареющим женщинам это тоже относится.

Малахов: Еще один их безусловный плюс в том, что эти женщины могут вести себя, как хотят. Они уже получили от жизни все, что хотели. Настроение у них, как у солдат в армии, когда у них дембель наступает...

Собчак: Кстати, Андрей, я понимаю, что не очень вежливо спрашивать, но раз уж ты попал в наши цепкие ручонки, расскажи, как насчет секса с организмом «за 50»?

Малахов: У вас, девочки, есть масса поводов для оптимизма. Благодаря достижениям индустрии красоты и пластической хирургии, современные 50 – это неухоженные 30.

Соколова: Браво!

Малахов: Это правда. Сейчас множество девушек в свои 30 выглядят намного хуже, чем ухоженные тети «за 50», которые по восемь часов в день проводят в «Третьяков-спа».

Соколова: Я всегда говорила, что технологии – лучшие друзья девушек! А если представить, что пластики нет и к тебе тянет пергаментные ручонки неаппетитное, немолодое, небархатистое, сексуально неудовлетворенное женское тело...

Собчак: Я недавно читала интервью с порнозвездой Рокко Сиффреди. Так он говорит, что специально находил и трахал противных старух, находя в этом особенный кайф.

Малахов: Нет, это не для меня.

Собчак (мечтательно): А меня бы, наверное, возбудил секс с жирным, старым, богатым мужиком...

Соколова: Жирных старых голых мужиков обсудим в следующей колонке. У нас пока сидит молодой и красивый. Так как же, Андрей, – если пластики нет и пожилая влюбленная женщина с естественным телом...

Малахов: Эпохи торжества естественности я не застал. К счастью.

Собчак: Короче, я поняла, что мы с Соколовой на правильном пути – заколачиваем бабки, чтобы на старости лет жить круглосуточно в «Третьяков-спа». Какие еще будут инструкции – как слепоглухонемой старушке, отягощенной миллиардами и недугами, склеить молодого красавца?

Малахов: Посмотреть фильм «Роковая красотка» с Одри Тоту. Там очень правильно расставлены акценты. Главный мотив молодого человека в таких отношениях – ощущение, что его любят.

Соколова: Да, любовь стареющей женщины – отдельная история. Может служить идеальным примером самообмана.

Собчак: Немолодые богатые мужчины тоже считают, что их 17-летние секретарши спят с ними по любви.

Соколова: Но это же ложь.

Малахов: Я думаю, не всегда. Есть обстоятельства, способствующие возникновению любви. Одно из них – деньги. Они позволяют создать вокруг вашей истории такие декорации, что любовь может вспыхнуть из одного приключения. Когда вы с ней после этой самой ночи просыпаетесь в нереальном отеле на Лазурном Берегу, катаетесь на яхте, потом летите на вертолете в Сен-Тропе, ты ощущаешь, что можешь искренне влюбиться в женщину, которая бросает к твоим ногам весь мир.

Собчак: Ты потрясающе это описал! Но скажи, не кажется ли тебе, что в конце концов ты, как мужчина, станешь ненавидеть эту женщину – именно за ее возможности. За то, что она может бросить к твоим ногам мир, а ты можешь разве что цветов купить.

Малахов: Ты права. В первую секунду ты чувствуешь себя Томом Крузом, получившим «Оскара». В моем случае это произошло почти буквально. Вечером я не получил премию «Тэффи», а на следующее утро получил весь мир. Я подумал – зачем мне нужны эти дурацкие статуэтки, когда у меня есть то, что не даст никакая телеакадемия. Но потом происходит вот что – к твоим ногам все время что-то бросают, а ты не можешь ответить тем же, и это начинает тебя грызть, раздражать.

Соколова: Да, тяжко быть порядочным человеком. К счастью, теперь это довольно редкий недуг.

Малахов: Дело ни в какой-то моей особенной порядочности, просто однажды понимаешь, что 10 тысяч евро потрачены на платье, которое она надевает один раз. На эти деньги можно отремонтировать детский дом.

Соколова: Или, например, купить тебе новую машину...

Малахов: Машину мне, кстати, купили. Поверьте, дело не в моей мелочности и алчности, я мог иметь все, что захочу. Мысли про детский дом появляются от раздражения. А раздражение – от того, что ты не можешь адекватно ответить на ее жесты.

Соколова: Значит ли это, что ты не можешь ее любить?

Малахов: Какое-то время ты любишь. Потом появляется раздражение, и все рушится.

Соколова: То есть долговременное искреннее чувство в таком союзе невозможно?

Малахов: Для мужчины это во многом тест. Когда я учился в Америке, то жил в общежитии. У меня была стипендия 200 долларов в месяц. Я ходил в самый дорогой универмаг города – просто посмотреть. А женщина, которая вела программу обмена, не могла понять зачем. Она считала, что если вы не можете себе это позволить, то и ходить не надо, это разрушает психику. Отношения со зрелой богатой женщиной – что-то вроде тех визитов в универмаг.

Соколова: У женщин дорогие подарки брал?

Малахов: Писали, что она купила мне квартиру. Но это не так. Квартира была куплена на мои деньги. Она подарила мне машину.

Соколова: Ты на ней ездишь?

Малахов: Иногда. Но она стоит в ее гараже. И я готов в любой момент вернуть подарок.

Соколова: А теперь, имея этот опыт, ты взял бы подарок у женщины?

Малахов: На данном этапе – не взял бы. Потому что такие подарки не просто так, а за что-то или с перспективой. У меня сейчас есть серьезные отношения.

Соколова: А если бы их не было?

Малахов: Наверное, взял бы.

Соколова: Во время той истории ты чувствовал негативное отношение общества к тебе? Давление было?

Малахов: Мне было все равно. Я любил и знал, что мне хорошо, а все остальное не важно. Разумеется, доброжелателей было мало.

Соколова: А твоей женщине нравилось, что бульварная пресса интересуется вами?

Малахов: Мне кажется, она была шокирована таким вниманием. Потом это, наверное, переросло во что-то противоположное. Когда 20 фотографов тебя постоянно фотографируют, чувствуешь себя Викторией Бекхэм.

Собчак: Твоя бывшая подруга сейчас живет с барменом. Тебя не обидело, что ты оказался в таком непрезентабельном ряду?

Малахов: Просто меня поменяли на более бархатистое тело. Это неприятно, но это приходится признать. Я успокаивал себя тем, что она любила меня, а не мою популярность. Кроме того, с ней было интересно.

Соколова: А кто был инициатором разрыва?

Малахов: Она.

Собчак: А что же в этой ситуации является правдивым, реальностью?

Малахов: Реальность – это сделка. Тебе предлагают сказку в обмен на твое бархатистое тело. Это если оно все еще бархатистое. В противном случае сказки вынужден сочинять ты сам.
Tags: философия в будуаре
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments